Коргалжын: заповедная легенда

9 Октября 2017 / 252 / ()
Коргалжын: заповедная легенда

В 130 км от Астаны   раскинулся  жемчужный край - самый большой в Казахстане Коргалжынский заповедник, которому в следующем году исполнится полвека. Даже многие окрестные  жители знают его удивительную историю лишь понаслышке.«Вечерняя Астана» узнала ее от бывшего егеря, а ныне государственного инспектора службы охраны Алексея КОШКИНА, живущего 
в заповедном краю уже более сорока лет.



Егерь
В заповедник, который тогда назывался Кургальджинским, Алексей Валентинович попал волею судьбы.
- Я сын первоцелинников: отец сибиряк, мать из Карелии. Раньше, когда по телевизору в родной Новоишимке показывали «Клуб кинопутешествий» и на маленьком экране еле-еле можно было разглядеть сюжеты про птиц и животных, я еще не ходил в школу, но всем объявил сразу, что буду биологом. Поступил в Иркутский техникум на охотоведа-зверовода, с отличием его окончил и вместо Сибири, куда мне выдали направление, приехал в Кургальджино, - начинает свой рассказ заповедный старожил. - В советское время нас называли егерями, что в переводе с немецкого «охотник». А теперь между собой меня величают «мамонтом», служу здесь сорок первый год.

Верхом не объехать
- В 1976 году, когда устроился, нас в штате было всего 10 егерей, сейчас 32 госинспектора, есть живущие на кордонах, на вахтовках, дежурные бригады, совершающие экстренные выезды и дальние рейды, но и этого не хватает, - продолжает Алексей Валентинович. - Конечно, сегодняшние дни с теми годами не сравнить: из техники тогда был один бортовой газончик да «бобик» ГАЗ-69 у директора. А сейчас УАЗы, «Нивы», вездеходы, снегоходы.
 - А верхом приходилось скакать? - любопытно мне.
 - Нет, у меня 115 килограммов веса, никакая лошадь не выдержит, - шутит мой собеседник. - Да разве ж такие обширные территории объедешь верхом. Это ж самый большой заповедник в Казахстане - 543 тысячи гектаров! Когда выезжаем в рейды, только на запад на машине три дня едем. 

Самый большой в Казахстане
Неспешная дорога по асфальту от Астаны до села Коргалжын займет часа два езды. Дальше на запад по грейдеру через тридцать километров установлен шлагбаум: отсюда и простираются заповедные земли. 
 - У нас, конечно, не Иле-Алатауский заповедник, где вокруг горы да ущелья, поставил пост на единственной дороге и больше никак не проедешь. Вся проб-лема в том, что Коргалжынский заповедник открыт нараспашку - заезжай с любой стороны, - продолжает Алексей Валентинович. - Он расположен на территории Акмолинской и Карагандинской областей. Степи, не распаханные плугом, к западу от Тенгиза присоединили в 2008 году, это казахский мелкосопочник. До этого заповедные земли насчитывали 250 тысяч гектаров. А когда-то все начиналось с маленького кусочка целинной земли в 15 гектаров.

Целинная эпопея
- Когда началось освоение целины, в 1958 году в этих местах появился небольшой заповедник. Потом по приказу Хрущева его закрыли, тогда все бездумно распахивалось, и здесь основали заповедно-охотничье хозяйство для избранных, - вспоминает историю этих уникальных мест Алексей Кошкин. - Но здравый смысл возобладал. 16 апреля 1968 года Указом Совета министров Казахской ССР был подписан документ об организации Кургальджинского государственного заповедника. На следующий год будем праздновать полувековой юбилей. 
 
Предания старины
- Что касается перевода слова қорғалжын с казахского, то здесь существует масса мифов и догадок: хорһлжн с джунгарского свинец, қорғау с казахского защита, жын - злой дух. Местные аксакалы до сих пор спорят на эту тему. Короче, вариантов много, - рассуждает Алексей Валентинович, - а подходит, на мой взгляд, основной перевод слова - защита. Потому что, когда не было плотин, здесь была огромная низменность, поросшая тростниковыми зарослями. Камыш защищал от лютых ветров. В исторических документах есть упоминание, что здесь круглый год жили некочевые племена: охотились, ловили рыбу, использовали камыш в качестве топлива и корма для скота.

 Жемчужина
 - Алексей Валентинович, о Коргалжынском заповеднике ходит масса легенд, не поймешь, где правда, а где вымысел. Какой он на самом деле? - интересуюсь я.
 - В советское время, помню, вышел шикарный фотоальбом «Жемчужины Казахстана», тогда было шесть заповедников, и среди них наш. Это не громкие слова, это, действительно, были и есть настоящие сокровища, - взволнованно говорит Алексей Валентинович. - Понимаете, я вырос на берегу Ишима, в 39-й точке Карлага, основанной переселенцами: кулаками, поляками, болгарами, немцами. И вот когда после Новоишимки впервые приехал в Кургальджино, для меня это было диковинным чудом, экзотикой, сказкой: тропические птицы в наших северных широтах всего лишь в 80 километрах напрямки. Сайга в то время подходила ночью прямо к дому, блеяла в открытую форточку, топталась у палаток чуть ли не по нашим головам. В небе парили стаи уток, гусей, лебедей-кликунов. 41 год здесь живу, и не перестаю удивляться этому обилию! А отъедешь чуть на север от этого рая, где все распахано: там грачи, вороны, лысуха где-то по речке шарахается - разница сразу ощущается. 

 14-1.jpg
Сайга
- А сайги по-прежнему много? 
- Недавно наши сотрудники насчитали около 6 тысяч. А раньше, бывало, едешь по степи, как по африканской саванне, только там антилопы, а у нас тысячные стада сайги. Только на западной территории насчитывалось до 100 тысяч. В начале 80-х максимальная численность поголовья диковинного по нынешним временам животного достигала 1 миллиона 200 тысяч, - вспоминает инспектор. - В 2015 году после большой эпидемии благодаря охранным мероприятиям Правительство выделяет деньги на ее защиту. Но браконьеры не дремлют, потому что цены на сайгачьи рога по-прежнему высокие.
 - Но вопрос о ценности сайгачьих рогов весьма спорный. Применять их как лекарство - все равно, что грызть ногти или жевать собственный волос, - считает Алексей Валентинович. - Как биолог я знаю, что у полорогих рог - это мертвый эпидермис, в отличие от маральих.
 Еще поголовье сайги заметно выросло с популяризацией модной охоты на волков, считает смотритель заповедника:
 - В 80-х мы ежедневно видели воочию стаи волков. Теперь проезжаем 200 километров и можем встретить лишь один занесенный старый волчий след. Сейчас Комитет лесного хозяйства запретил охоту на волков в четырех областях: Акмолинской, Карагандинской, Костанайской и Актюбинской, иначе и его скоро можно заносить в Красную книгу. А лисы сейчас полуручные, потому что мода на меха, слава богу, прошла. В камышах по-прежнему водятся кабаны. 
 
Пернатые
В Коргалжынском заповеднике отмечено 354 вида птиц, из них залетных около 100 видов, 120 гнездящихся, остальные пролетные.
 - Здесь можно увидеть стаи в десятки, сотни тысяч крохотных куликов, которые делают остановку по пути на родину, в тунд-ру, - продолжает смотритель. - Тысячи водоплавающих гнездятся на коргалжынских озерах в период линьки, когда теряют способность к полету: здесь в недоступных, охраняемых местах, в камышах утки, гуси, лебеди пережидают опасный период, пока не появится новое оперенье.
17-1.jpg

Розовый фламинго
- А фламинго действительно можно увидеть или это красивая легенда? 
- Можно, - спокойно продолжает Алексей Валентинович. - Первые стаи прилетают уже в начале апреля. Но в этом году птицы было мало. Около 5 тысяч всего прилетело. Обычно в среднем численность достигает 20-30 тысяч в сезон, максимальное количество было в 1979 году - около 70 тысяч. Они гнездятся на Тенгизе, на невысоких, недоступных песчаных островах, делают высокие гнезда сантиметров 30, которые спасают от ветра, но, к сожалению, не от большой волны, зачастую колонии гибнут именно от циклона. 
- В советское время мы занимались массовым кольцеванием фламинго и вели учет возврата. Ловили иранские кольца. Самый дальний залет - это озеро Чад в Центральной Африке, а так обычно это север Африки и Ближний Восток. Много диковинной птицы в Марокко - около 2 миллионов.
 - Они у нас до конца октября задерживаются. Иногда едешь, смотришь: мороз 10 градусов, уже лед, а они не улетают. Думаешь: «Что ж вы, такие патриоты своей родины, спасаться надо, лететь на юг от этого холода». Нет, сидят до победы, черти… И ничего с ними не поделаешь, не шуганешь, - улыбается Алексей Валентинович.
 
Азартные любители и «чайники»
- А когда лучше ехать в Коргалжын? - выведываю я.
- К нам, конечно, приезжают «чайники» из Астаны, - вызывает у меня взрыв хохота Алексей Валентинович. - Им в основном надо показать фламинго, пеликанов, больших легко узнаваемых птиц, море тюльпанов. Поедут-посмотрят озера и довольные возвращаются. Таких туристов у нас около 5 тысяч каждое лето, из них человек 500 иностранцев, благо теперь столица рядом…
 - Но есть азартные посетители, их называют бердвотчеры (birdwatching - любительская орнитология, наблюдение за птицами невооруженным глазом или с биноклем). Это хобби сто лет назад зародилось в Америке и позже перекочевало в Европу. Люди приезжают семьями, наблюдают за птицами, фотографируют, - рассказывает любопытные вещи смотритель. - У нас, конечно, не Бразилия, Китай или Индия, где за один день они могут увидеть сразу 200 редких видов птиц, но тоже есть уникальные экземпляры: қарабозторғай - черный жаворонок. Для нас это обычный воробей, только черный, а для них довольно редкая птица. Или аққанат бозторғай - белокрылый жаворонок, привлекательный вид, водится в основном в степях Казахстана, далеко не улетает. 
 - Но главным образом приезжают посмотреть на нашу кречетку, похожую на чибиса, основное ее место гнездования в Коргалжынском районе. Это самая знаменитая птица в Казахстане, которую просят показать иностранцы. Вот так-то, - поражает услышанным Алексей Валентинович. 

Бренд
- Когда туристы приезжают в Коргалжын, то останавливаются в гостевых домах, которые и на две звездочки не тянут, но переночевать, покушать можно, - рассуждает собеседник. - Если честно, на юге из воздуха делают деньги, а у нас народ не хваткий, думают: бог дал большую степь и на том спасибо. Когда слышу, что в Испанию 100 тысяч турис-тов ежегодно едут полюбоваться просто на то, как люди кидаются помидорами, поражаюсь: неужели мы не можем проводить свои фестивали, игрища, байгу, построить комфортабельные гостиницы и раскрутить национальный бренд?

На пенсию? 
Не дождетесь!
На прощание спрашиваю   своего героя: «Есть ли кому передать свое дело по наследству?»
 - Дети меня на две головы обошли, - гордится отец. - Старший сын в Англии отучился, докторскую защитил по орнитологии, сноха - гражданка Австрии, участвует в проекте по сохранению ореховых лесов в Кыргызстане, вторая сноха в Германии защищает докторскую, состоит в ассоциации по сохранению птиц и млекопитающих. Раз в год сыновья приезжают, ночуют в заповеднике. Супруга Ольга всю жизнь проработала рядом, была начальником экопросвещения, теперь воспитывает внуков. В следующем году в январе мне исполнится 60, а заповеднику 50…
 - Так вам скоро на пенсию? - переспрашиваю я.
 - Не-а, - смеется Алексей Валентинович. - Не дождетесь!



Оставьте комментарий, нам важно ваше мнение.
Шолпан Акбалаева

Шолпан Акбалаева