НовостиОбщество

Ее звали Лия

Девятнадцать лет — цифра небольшая для одной человечес­кой жизни. Но ровно столько отмерила судьба для Алии МОЛДАГУЛОВОЙ, чье имя навсегда осталось в истории Великой Отечественной войны. О ней написано очень много. Но историческая память нуждается в ретрансляции. То, что было хорошо известно поколению 70-80-х годов, уже мало знает поколение начала XXI века.

Девушка из степи

Алия родилась 20 апреля 1924 года в колхозе «Коксай» Кобдинского района Актюбинской области. При рождении родители Нурмухамед и Маржан Саркуловы нарекли девочку редким в те времена именем Ілия, в русской транскрипции — Алия или Лия в быту.

Когда девочке исполнилось 6 лет, умерла ее мать. Отец вскоре передал Алию на воспитание дяде по материнской линии Аубакиру Молдагулову, военному коменданту Кзыл-Ординской железнодорожной станции. С семьей дяди Алия переезжает в шумную, отстраивающуюся, знаменитую своими тенистыми улицами и прозрачными арыками, довоенную Алма-Ату.

В это время девочка абсолютно не знала русского языка, вместе с ним ей пришлось осваивать и городской образ жизни. В 1934 году Аубакир Молдагулов поступил в Военно-транспортную академию, которая находилась в Москве, и перевез семью туда. Сестра Алии Сaпура позже вспоминала: «Конечно, в первое время нам привыкнуть к Москве было нелегко. И поэтому многие ребята нас дразнили «китаянка» или «кореянка». Но иные приходили к нам для того, чтобы развлечь… Характер Лии был уже с детства настойчивый. Когда ей было 3 года, встречая идущего навстречу теленка или козу, она им грозила: «Ты смотри, не бодай меня, разве ты не знаешь, кто я — Лия!».

Лучший стрелок

Среднюю школу Лия успешно окончила уже в Ленинграде, куда перевели дядю. Здесь с 1939 году она училась в школе-интернате № 46, стала лучшей ученицей. За отличную учебу и активную общественную деятельность Алия была направлена в солнечный «Артек».

Война застала Алию ученицей 7 класса. Уже тогда она обнаружила свой бесстрашный характер, смело обезвреживая вражеские зажигательные бомбы, падавшие на крыши ее любимого города.

Ее подруги вспоминали: Алия мечтала после войны продолжить образование только в Ленинграде, а потом свои знания использовать во благо родного Казахстана.

Детей вскоре эвакуировали в Ярославскую область, где девушка поступила на первый курс Ленинградского авиационного техникума в городе Рыбинске. Еще в школьные годы Алия мечтала сталь летчицей, как Полина Осипенко, Марина Раскова, Валентина Гризодубова.

Лия Молдагулова стала одним из лучших стрелков курсов снайперов при техникуме. В мае 1942 года при Цент­ральной школе инструкторов снайперской подготовки были созданы женские курсы, и Лия сразу же подала заявление в военкомат с просьбой зачислить ее. Школа находилась на станции Вешняки в Подмосковье.

Хочу на фронт!

Алия попала в первый набор курсов, стала лучшей курсанткой. За отличную учебу от комсомола ей вручили наградную винтовку с дарственной надписью. А ведь в школе молодым девчонкам учиться было очень сложно, как вспоминает начальник политотдела учебного заведения, курсантки «почти весь день на стрельбище, в походе. В казармах учили лишь теоретические дисциплины. В осенний дождь, зимнюю метель, летний зной девушки с полной солдатской выкладкой шли на стрельбище. А идти надо было ни много ни мало семь километров».

Один из сценаристов фильма «Снайперы» Сеилхан Аскаров так писал о последних днях пребывания ее в школе снайперов: «Когда дни учебы промчались и начались экзамены, выяснилось, что часть выпускников, в том числе Алия, будет оставлена в школе младшими командирами-инструкторами. Это глубоко потрясло ее. Но она до окончания зачетов и оглашения приказа сохраняла спокойствие, а затем…

— После оглашения приказа Лия исчезла, — рассказывали мне ее ближайшие подруги, — спохватились мы во время вечерней проверки.
— Где Лия Молдагулова? — громко спросила начальник школы.

— Немедленно разыщите ее! — скомандовала затем.

Все мы кинулись искать. Обошли весь поселок, сад Шереметьевского дворца, просмотрели каждый куст, берег Екатерининского пруда. Она как в воду канула. Только в десятом часу утра следующего дня кто-то из девчат заметил солнечный зайчик, блеснувший меж крон высокого дуба, росшего напротив школы. Поняли, что Лия прячется там, и немедленно сообщили руководству.

— Курсант Молдагулова, немедленно спустись на землю!

— Когда вы скажете, что я буду отпущена на фронт, лишь тогда слезу.

— Приказываю спуститься. Об остальном поговорим у командования школы.

Во время беседы у начальника школы все убедились, что Лию в школе не удержать. Пришлось переделывать уже подготовленные документы на направляемых на фронт девушек».

А это строки из писем Лии с фронта, написанные сестре Сапуре. Они бережно хранятся в Центральном государственном архиве РК в Алматы. И настолько трогательны, что их нельзя читать без волнения.

«19 июня 1943 года.
Здравствуй, милая Сапура!

Прежде всего, хочу спросить: как твое здоровье, твоя жизнь, настроение и вообще жизнь родной республики? Напиши мне о себе и о них (родственниках. — Авт.) подробно-подробно. Ты ведь понимаешь, как меня это будет радовать — я буду представлять, как будто живу вместе с вами там, в родном Казахстане, хотя нас разделяют огромные километры. О! Как хочется повидаться с вами, побывать в родном ауле!

…Вот уже несколько дней, как приезжает к нам смена со всех концов Родины. Мне очень хочется, чтобы приехала хоть одна казахская девушка. Ведь в нашем наборе — ни одной, кроме меня… Да! Сколько я пережила, да вообще, как вспомнишь, то кажется, не 18 лет, а целых полвека прожила. До свидания, родная сестра! Целую тебя. Лия.

Сегодня ходила в лес за цветами, набрала букет. Лес близко-близко, и кругом луга и поля, цветов много и такие красивые. Вот, чтобы не одной наслаждаться, я шлю тебе гвоздичку, незабудку и землянику. Лия».

«2 июля 1943 года.
Добрый день, дорогая Сапура!

Не знаю, когда дойдет до тебя мое письмо, но все же спешу сообщить последнее событие моей военной жизни. Сейчас я нахожусь в пути, выехали позавчера, и сегодня, думаю, будем уже у цели, но точно неизвестно.

Куда я держу путь, ты и так понимаешь, но тужить об этом, прошу тебя, не надо, так как я сама попросила послать меня на фронт, хотя оставляли в школе еще некоторое время учиться. На свою жизнь я не жалуюсь. Провожание было чудное, и едем тоже прекрасно.

Но есть на сердце грусть, не за себя, а потому, что не пришлось повидаться с тобой, с малышами, с тетей и вообще с родными… До свидания, милая Сапура! С пожеланиями всего наилучшего, Лия».

«2 января 1944 года.
Здравствуй, родная Сапура!

С большой задержкой отвечаю на твои письма. Этой задержке были причины. Во-первых, когда письмо пришло, то я была на «охоте». Вот, сегодня — 2 января 1944 года. В тылу радуются, веселятся, наверное. А мы расположились на морозе, под открытым небом. Метель, пурга кругом, ни жилья, ничего, кроме единственной землянки, в которой народу набито столько, что яблоку упасть негде. Пишу на коленях, неудобно, к тому же темно, что не видно строчек.

Извини, дорогая, что вместо новогоднего поздравительного письма пишу такое скучное — это зависит от условий жизни… Ладно, хватит расстраивать. Поздравляю тебя с Новым годом! Желаю счастливо жить и здравствовать».

«13 января 1944 года.
Привет тебе, Родина!

Здравствуй, дорогая моя сестра Caпура!

Хочется писать тебе чаще, но обстоятельства не позволяют… Не удивляйся, если долго не будет от меня писем, пиши на этот адрес — ты узнаешь причину. Передай от меня привет дяде, тете и всем родственникам. Если увидишь, то поцелуй за меня малышей.
Пиши чаще о своем здоровье, о жизни… Целую. Лия. Привет от «кочевников» наших».

Боевые будни

Так, летом 1943 года Алия Молдагулова попадает на Ленинградский фронт в состав 54-й отдельной стрелковой бригады 22-й армии 2-го Прибалтийского фронта. И с самого начала проявила себя: из своей снайперской винтовки за три месяца службы уничтожила 32 немца.

Бывший ее командир, гвардии полковник Николай Уральский рассказал характерный случай из боевых будней: «На территории Холмского района шли упорные бои. Наши час­ти готовились к решающему наступлению. В это время в разведывательных сведениях нуждалась не только наша бригада, но и вся армия, весь Прибалтийский фронт. Темная ночь помогла двенадцати отважным незаметно перейти линию фронта. К вечеру разведчики под командованием лейтенанта Гусева подползли к деревне Новички, расположенной в 15 километрах от Холма. И тут у одного из разведчиков — Алии Молдагуловой — возник план захвата «языка».

— Я захватила с собой одежду деревенской девушки, — сказала она командиру разведки, — разрешите переодеться?

Через несколько минут из кустарника вышла навстречу разведчикам красивая девушка в клетчатом платке, яркой цветастой юбке и пошла тропой в Новички. Пошла не торопясь, словно возвращалась с гулянья. Крайний дом выделялся резными ставнями, к нему направилась разведчица. В доме слышался немецкий говор. Девушка огляделась. На улице — ни души. Она зашла в сени и резко открыла двери. Хозяйка, немолодая женщина, хлопотала у печки. Два здоровых солдата сидели за столом. «Хенде хох!» — крикнула Алия. Один из фашистов схватился за кобуру, но тотчас же его прошила короткая очередь. Уже ночью возвратилась Алия с «трофеем» в лес к своим. Красноармейцы обыскали и допросили «языка». Он оказался артиллеристом. «Хороший «язык», — заметил Гусев. — Генерал будет доволен».

Этот случай из боевых будней Алии убедительно доказал, что она была не только отличным снайпером, но и бесстрашным бойцом, готовым идти на крайний риск для успешного выполнения боевой задачи, давая фору даже повидавшим виды воякам-мужчинам.

Последний бой

Отважная девушка погибла в одном из наступательных боев на подступах к деревне Казачиха в районе Новосокольников.

Нескольким вражеским солдатам и одному офицеру удалось ворваться в нашу траншею. Завязался рукопашный бой. Восемь гитлеровских солдат пали от пуль Алии. К ней подкрался немецкий офицер и смертельно ранил. Собрав последние силы, Лия выпустила длинную автоматную очередь…

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1944 года ефрейтору Алие Молдагуловой посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Из всех военных выпусков Вешняковской снайперской школы она и Татьяна Барамзина, погибшая в 1945 году, были удостоены этого высокого звания.

Алия Молдагулова погибла 14 января 1944 года в боях за деревню Казачиха Псковской области.

 Аксункар АБДУЛИНА,
Институт истории и этнологии
имени Ч. Валиханова

Метки
Показать больше

Похожие статьи

Закрыть