ИнтервьюКультура

Поэтесса на театральной сцене

Дебютная роль шекспировской Джульетты восемь лет назад во многом определила дальнейшую творческую судьбу ведущей актрисы Государственного академического русского театра драмы имени М. Горького Екатерины МАКСИМ. Сегодня, задействованная во многих спектаклях, она поделилась размышлениями о тонкостях актерской профессии, любимых ролях и поэтическом хобби.

Кузница кадров в Степногорске и КазНУИ

– Екатерина, вы выпускница Казахского национального университета искусств. Если вспомнить предысторию, то с чего начиналось ваше знакомство с театром?

– Моя первая встреча с театром произошла в детстве, когда мы с одноклассниками в третьем-четвертом классе побывали на экскурсии в степногорском Дворце культуры. В коридоре случайно увидела на двери вывеску «Театр» и меня одолело любопытство. Оказалось, что двое наших педагогов – преподаватель литературы и школьный психолог – посещали местный народный театр. Затем они открыли театральный кружок в школе. И в нем мы ставили сказки «Красная Шапочка», «Золушка». Затем стали репетировать во Дворце культуры. После окончания школы изначально я планировала поехать в Барнаул поступать на криминалиста, но мама так далеко меня не отпустила. Да и директор школы, отметив мой творческий потенциал, посоветовала поступать в Казахский национальный университет искусств. В итоге я поступила на курс к Лейле Бекназар-Ханинга и Юрию Ханинга-Бекназар. Куратором курса была актриса Айман Карпсеитова, которая помогала Лейле Акназаровне справляться с огромным потоком студентов. Со второго курса мы обучались у Сергея Федоровича и Натальи Ивановны Матвеевых. Я с теплотой вспоминаю студенческие годы. На занятиях преподаватели, к примеру, заставляли нас работать с воспоминаниями, чтобы добиться искренних эмоций. Мы днями и ночами пропадали в университете, учились работать командой. Наш курс задействовали в постановках студентов, которые обучались на режиссеров. Это было очень увлекательно.

– Какими были ваши первые шаги на сцене столичного Государственного академического театра драмы имени М. Горького? Расскажите, как вам с первого раза удалось получить главную роль в спектакле Нурлана Асанбекова «Ромео и Джульетта».

– Конечно, настоящая актерская школа началась в театре. После окончания университета я полгода сидела дома в декрете. Неожиданно раздался звонок от Натальи Ивановны Матвеевой. Она сообщила, что приехал режиссер из Кыргызстана Нурлан Асанбеков ставить спектакль «Ромео и Джульетта» и предложила прийти на прослушивание. К счастью, из троих претенденток он выбрал меня и решил доверить главную роль. Я до сих пор помню первую репетицию. Поскольку почти весь коллектив участвовал в этой постановке, все сидели в зале и смотрели, как я играю сцену с няней. Мне пришлось преодолеть страх и волнение.

Лирическая и острохарактерная героиня

– За вами закрепилось амплуа лирической героини?

– В студенческие годы к нам в КазНУИ однажды приезжал российский актер Вениамин Смехов. Наши мастера Сергей Федорович и Наталья Ивановна Матвеевы попросили меня прочитать отрывок монолога из новеллы Ги де Мопассана «Мать уродов». После выступления Вениамин Смехов сказал, что мне подойдет амплуа лирической героини. И долгое время мне давали именно такие роли, но сейчас я стараюсь от этого отходить, чтобы быть острохарактерной актрисой. Когда мы начинали готовить постановку сказки «Снегурушка», режиссер Людмила Крючкова изначально распределила меня на роль Фени. Но мне хотелось играть кикимору. Гримеры сделали мне носик, длинные эльфийские ушки. И я полюбила эту зеленую, несуразную Феклу, которая считает себя красоткой и не понимает, почему ее никто не зовет замуж.

– Бывает такое, что вы скучаете по спектаклям, которые вышли из репертуара?

– Я очень скучаю по спектаклю в жанре мистерии «Манкурт. Вечный раб» в постановке заслуженного артиста Таджикистана Барзу Абдраззакова. Это была выстраданная морально и физически роль. Даже тяжелые репетиции доставляли нам удовольствие. Роль Найман-ана могу назвать одной из самых любимых. Очень жалко, что спектакль снят с репертуара. Но было бы здорово, если бы мы его восстановили. Мне кажется, что теперь из-за пандемии стали большим спросом пользоваться комедийные спектакли. Люди устали от негативной информации. В театры они приходят, чтобы расслабиться, отдохнуть душой и позабыть о бытовых проблемах. Да и я сама люблю радовать публику. Открою секрет: в спектакле «Примадонны» в образе Мэг совсем непросто три часа легко и грациозно протанцевать в туфлях на высоких каблуках. Помогают забыть о физических трудностях эмоции зала, смех и улыбки при комичных мизансценах.

– Вводы в спектакли вместо коллег воспринимаются артистами как стрессовая ситуация?

– Если честно, каждый выход на сцену в этом спектакле – огромный стресс. В постановках, где я была распределена, изначально есть волнение, но оно другого рода. А когда вводят в готовый спектакль вместо кого-то, то может появиться растерянность из-за того, что я не до конца в материале, могу не знать некоторых нюансов. В актерской среде говорят, что ввод – неблагодарное дело. За несколько репетиций в максимально сжатые сроки приходится самостоятельно изучать литературный материал, видео, находиться в поиске перевоплощения, чтобы создать сценический образ. Один из важных этапов подготовки спектакля – застольный период – при вводе пропускается актерами, когда режиссер разбирает все взаимоотношения между персонажами, вплоть до того, с каким животным можно ассоциировать героя. В связи с этим у предыдущего исполнителя было определенное количество времени, чтобы лучше прочувствовать процесс построения роли.

Об идеальном

– Кого вы можете назвать идеальным партнером?

– У нас в театре Горького очень сильная труппа, не только работаем, еще и дружим. Существуют стереотипы о театральных интригах, но нет, мы искренне радуемся друг за друга. Всякие бывают ситуации в жизни. Даже если бывают споры, все быстро сходит на нет. А плохое настроение надо оставлять где-нибудь в гримерке. Если все личное выносить на сцену, то из этого ничего хорошего не выйдет. Это сильно отражается на качестве спектакля. А понятие идеального партнера на сцене – это крайне субъективно. Есть партнеры, с которыми работать очень хорошо, комфортно. Они слышат, видят тебя, могут подхватить. Мне хорошо работается на сцене с Сергеем Маштаковым. Он – думающий актер, который понимает, что он делает, всегда поддержит, подскажет. Может с полувзгляда понять, что происходит с партнером, что требуется. Однажды мы играли «Гнездо воробья» после длительного перерыва, репетиций было мало. И тут на сцене понимаем, что забыли кусок. Глядя друг на друга, на грани телепатии и интуиции начинаем выпутываться. С Ульяной Апрельской мне тоже хорошо работается, она думающая, анализирующая, тонко чувствующая актриса. По моим наблюдениям дружба не влияет на профессиональные отношения. Мы можем быть закадычными друзьями, но на сцене никак не соприкасаться.

– Каким вы видите образ идеального режиссера?

– В моей практике встречались всякие режиссеры. Главное, чтобы не было панибратства. Мне кажется, режиссер не должен выступать в качестве монопольного создателя роли и выстраивать образ вплоть до поворота головы. Хочется, чтобы актеры выступали соавторами спектакля. Не приветствую и другую крайность, когда режиссеры пускают все на самотек. В идеале – золотая середина. Главное, чтобы на репетицию хотелось бежать, лететь, творить.

Изнанка профессии

– Приносит ли актерская профессия стабильный заработок?

– Мы, артисты, бедный народ, с нашей заработной платой выжить нереально. Поэтому вынуждены соглашаться на все подработки, вплоть до того, чтобы выходить аниматором либо встречать гостей на мероприятиях, показывать сказки в отелях. Семью кормить надо, кредиты платить надо. Прошлым летом, в пандемию пришлось мыть подъезды, потому что других вариантов не было. Это обратная сторона профессии. Ты не думаешь о том, что вчера играл Гамлета или Джульетту, тебе надо кормить ребенка, платить за квартиру. Обидно становится не за профессию, а за отношение людей к профессии, которые назначают такие низкие зарплаты. В такой ситуации о какой полноценной творческой отдаче может идти речь.

– Что для вас значит участие в творческой лаборатории международного фестиваля «Балтийский дом» в Санкт-Петербурге?

– Этот международный проект подарил нам общение с режиссерами, актерами из стран СНГ. Творческая лаборатория театрального фестиваля «Балтийский дом» ежегодно собирает в Санкт-Петербурге молодых артистов из Грузии, Приднестровья, Узбекистана. Пять лет назад мы с актером Дмитрием Маштаковым принимали участие в постановке Игоря Качаева «Мистерия-буфф» по пьесе Маяковского. Это был хороший опыт. Для нас проводились мастер-классы по сценической речи, читались лекции по истории театра. Мы уходили в 10 утра и возвращались в 2 часа ночи, постоянно находились на репетициях, лекциях. По решению режиссера мы играли этот экспериментальный пластический спектакль в стихотворной форме. В гардеробе поставили стулья. Было физически непросто одновременно перепрыгивать через стойку, танцевать, потом прыгать обратно. Причем мы играли в мужских штанах, брюках, рубашках, лица были перебинтованы, оставались видны только глаза и руки. Это добавляло экстрима в исполнение.
Кстати, наш театр в 2017 году выступил на этом фестивале с постановкой в жанре треш-драмы

«Пробуждение». Театральные приметы и суеверия

– Вы верите в театральные приметы и суеверия?

– Я завела определенные ритуалы, выполняемые перед разными спектаклями, которые помогают обрести нужный настрой перед выходом на сцену. В связи с этим на спектакль-фарс «Хаос» приносила бутылку минеральной воды, колу. Перед постановкой «Евгений Онегин» гладила кулисы. Каждый спектакль требует своей психологической подготовки, поэтому могу слушать музыку в наушниках перед спектаклем. Некоторые постановки требуют глубокого спокойного философского погружения в авторский текст, другие – отдачи физической энергии и драйва. Иногда из-за загруженности не хватает сил выполнять режиссерские задачи. Если репетиции сложные плюс подряд идут вечерние спектакли, возникает эмоциональная усталость. От этого, бывает, роль не идет, тогда вспоминаю соответствующие жизненные ситуации, нужные эмоции помогают войти в роль.

– Ваше хобби – поэзия. Вы по-прежнему сочиняете стихи?

– Поэзию я очень люблю с детства. Я начала писать еще в школьные годы. Как-то мне не хотелось выполнять домашнее задание по математике, и я начала записывать строки и искать рифмы. А сейчас меня может вдохновить просто прохожий, так появляется история. Или мне понравилось прочитанное слово в книге, начинаю придумывать какие-то ассоциации. У меня есть цикл стихотворений о Кае, Герде и Снежной королеве, где затронуты серьезные темы. К сожалению, бытовые вопросы напрягают, поэтому времени на сочинение стихов практически нет. В моей домашней библиотеке много сборников стихотворений разных поэтов. Свои стихи публикую на российском сайте «Стихи.ру». Пока издание сборника остается мечтой. Но хочу заметить, что знание литературы, чувство слова существенно помогает в актерской профессии, так как развивает память и фантазию. Это в нашем деле главный и основополагающий фактор.

 

Метки

Дана Аменова

Журналист

Похожие статьи

Закрыть