КультураНовости

Увлеченный театром

Столичная улица Азербайжана МАМБЕТОВА — одна из узнаваемых и любимых для неспешных прогулок в историческом квартале старого города.

Купеческие ряды

— В прежнем Акмолинске эта улица называлась Торговой, именно здесь располагались купеческие ряды, — рассказывает гид в цикле «История города — в истории улиц», презентованном в социальных сетях Дирекцией по обеспечению сохранности памятников и объектов историко-культурного наследия акимата города Нур-Султана. — Акмолинск, как транзитный пункт, связывавший Россию со Средней Азией, всегда был очень удобен для развития торговли и культуры. Торговой улица именовалась до ноября 1920 года, после чего ей присвоили имя русского революционера, советского политичес-
кого и государственного деятеля Николая Бухарина, а в 1929 году переименовали в честь участников движения за права рабочих Сакко и Ванцетти, выходцев из Италии, проживавших в США.

— В ноябре 1997 года небольшая улица в центре столицы получила имя Алихана Букейхана, казахского общественного деятеля, одного из лидеров партии «Алаш», — продолжила гид. — В начале ноября 2016 года прежняя улица А. Букейхана названа в честь Азербайжана Мамбетова (1932-2009 гг.), режиссера театра и кино, педагога, народного артиста СССР. В 2000 году за выдающиеся заслуги перед Республикой Казахстан Азербайжан Мамбетов был удостоен высокого звания «Народный герой» — «Халық қаһарманы».

Что примечательно, в начале ХХ века Торговая улица, ныне улица Азербайжана Мамбетова, постепенно стала застраиваться каменными особняками, многие и по сей день сохранились в старом центре столицы.

— Это — дом купца П.Г. Моисеева, который ныне является памятником истории и культуры местного значения. В настоящее время в этом здании находится РГП «Центральный клинический госпиталь для инвалидов Отечественной войны». Первозданный вид особняка сохранен, хотя дом претерпел реконструкцию, — отмечает гид. — Заслуживает внимания и примечательное здание 50-60-х годов прошлого века, которое ныне занимает представительство ООН.

После лаконичной экскурсии по улице, протянувшейся вдоль столичного Арбата к набережной, чувствовалась некая недосказанность. Тогда мы решили связаться с детьми именитого режиссера Азербайжана Мамбетова и выдающегося композитора Газизы Жубановой — пианисткой Диной Мамбетовой и филологом Адаем Мамбетовым — и услышали трогательную историю любви двух великих людей.

История знакомства

— У папы было суровое детство, — вспоминает Адай Мамбетов. — Он родился в России, в селе Савинка Паласовского района Волгоградской области. Когда началась война, его отца, нашего деда Мади Мукановича Мамбетова забрали на фронт, а папу с матерью и сестрой отправили в Казахстан. Мади Мамбетов погиб под Прагой 30 апреля 1945 года, наш папа так и не дождался отца… Через год умерла их мать, они остались вдвоем с сестрой. Она ведь тоже была еще маленькая, и наш папа какое-то время воспитывался в детском доме. Кстати, позже он всегда говорил: «Я родил так много детей, потому что всегда был один и хотел, чтобы меня было много». Он всегда хотел, чтобы у него была большая семья.

Все, чего добился наш папа в жизни, он добился сам, без чьей-либо помощи, упорным трудом. Учился в хореографическом училище, жил в общежитии, потом сам поехал в Москву и поступил в ГИТИС. Он был талантливейшим человеком, с массой идей, любил искусство, любил жизнь.
При этом отличался точностью и педантичностью. Выглядел всегда прекрасно: идеально отглаженные рубашки, шейные платки, модные джинсы, словом, элегантно и немного пижонисто.

В театре утро всегда начиналось так: в 9 утра актеры и он вместе с ними становились к станку, делали зарядку, интенсивно, в течение часа разминались, а уже потом приступали к работе над спектаклями.

Очень интересна история знакомства наших родителей. В своих воспоминаниях папа писал, что познакомился с мамой во время одного из празднований Нового года, и она произвела на него неизгладимое впечатление. К тому времени она уже училась в аспирантуре Московской консерватории. Он окончил ГИТИС и должен был поставить свою дипломную работу по пьесе Ш. Хусаинова «На диком бреге Иртыша». Папа много думал о постановке, о том, кто мог бы написать музыку к спектаклю, слышал, что есть Газиза Ахметовна Жубанова — талантливый композитор, подающий большие надежды. И когда решался вопрос о том, кто будет писать музыку, у папы, видимо, уже не оставалось сомнений, кого пригласить.

Так, на почве совместной творческой работы завязался их удивительный союз.

Таких пар очень мало не только в Казахстане, СНГ, но и, может быть, во всем мире, когда два таких ярких, могучих человека, два таких творческих гиганта ужились под одной крышей и еще воспитали столько детей. Это была большая светлая любовь! В 1958 году они поженились в Алма-Ате, а с 1969 года наша семья стала жить в той квартире, где сейчас благодаря нашему папе Азербайжану Мадиевичу Мамбетову находится Музей-квартира имени Ахмета и Газизы Жубановых. Это была его мечта, и таким образом он попытался как бы отдать последнюю дань людям, которых так любил и уважал.

В этой квартире сначала жил Ахмет Куанович Жубанов, мой дед, известный композитор, академик, потом — мама с папой, там родились все мы. Отец оставил там все полностью — рукописи, ноты… Он считал своим долгом создать этот музей! Нас было пятеро — Дина, Алия, Алиби, я — Адай и Ахан. Но пятый ребенок, Аханчик, самый главный, 1969 года рождения, неожиданно ушел в раннем возрасте, в 1972 году… Это был очень тяжелый удар для всей нашей семьи. Раньше родители всегда были веселые, легкие, но после этого события они так и не оправились до конца. Мама стала писать трагическую музыку, папа — ставить спектакли «с надрывом». Про нашего отца иногда говорят, что он был вспыльчивым. Но я думаю, что он хотел казаться таким, просто чтобы прикрыть, приглушить эту трагедию своей жизни.

Наши родители оба были народными артистами, страстно увлеченные работой. Мама писала музыку, папа был занят театром, это был второй дом, он там практически жил. У них не было времени нам что-то запрещать, говорить, что можно и что нельзя делать… Слова «нет» мы, дети, почти не знали. Родители воспитывали своим примером, своей жизнью, и мы, конечно, очень гордились ими. Взаимоотношения между ними — светлые, нежные — поражали честностью, открытостью.

И он, и мама часто ездили в командировки по всему миру, что в то время было доступно далеко не всем людям. И не было такого случая, чтобы папа приехал без подарка для мамы. Он мог ничего не купить себе, но обязательно что-то привозил маме и нам — детям, а позже — внукам.

Наша мама — Газиза Ахметовна Жубанова — великий композитор, очень добрая, мягкая, мудрая женщина. Она сглаживала острые углы, которые, может быть, папа иногда создавал, своей душевной теплотой могла нивелировать любые шероховатости. Если прочитать воспоминания самого папы о ней, то понимаешь, насколько он любил ее, уважал, можно сказать, боготворил. Отец восхищался ею как супругой, женщиной, творцом, композитором. Поражался ее таланту и трудоспособности. Она сама оркестровала свои произведения, и папа с гордостью говорил, как вообще можно написать такой объем музыки! Поражался тому, как из этих мелких нот складывались огромные кипы партитур… Мама, несмотря на свою невероятную занятость, всегда помогала и папе, и всем нам, и вообще всем людям вокруг, всем тем, кто нуждался в помощи. Это был удивительный человек!

В 1993 году наша мама заболела и лежала в больнице. Папа решил сделать ей подарок, чтобы у нее появилась надежда, что она его наденет, когда выйдет из больницы. Я помню, мы решили купить ей модное пальто. Поехали, нашли, привезли в больницу. У мамы глаза сразу загорелись. Но мы, мужчины, не очень дальновидные в этих вещах — это был не ее размер. Она немножко сникла. Тогда отец схватил это пальто и говорит мне: «Пошли», а маме: «Мы скоро вернемся». Через два часа мы уже приехали обратно, привезли пальто размера на два меньше. Это как раз подошло. Мама вышла в коридор, к зеркалу, и была очень счастлива. Потом снова зашли в палату, и я заметил, что они смотрели друг на друга очень долго, глаза в глаза. Я не знаю, может быть, они о чем-то говорили между собой, может, передавали какие-то мысли, а может, прощались…

— Азербайжан Мамбетов — единственный казахстанский режиссер, постановки которого блистали за пределами страны: в Чехословакии — «Кровь и пот», в Московском театре имени Е. Вахтангова с Михаилом Ульяновым в главной роли «И дольше века длится день» в сопровождении превосходной музыки Газизы Жубановой. В Алматы, Астане и во всех крупных городах Казахстана его великолепные спектакли «Материнское поле», «Козы Корпеш — Баян сулу», «Айман-Шолпан», «Абай», «Кыз Жибек», «Дядя Ваня», «Собака на сене», «Мадемуазель Нитуш», «Дальше — тишина» и многие другие радовали не одно поколение зрителей, — делится воспоминаниями заслуженный деятель РК, профессор кафедры фортепиано Казахского национального университета искусств Дина Мамбетова. — И то, что до сих пор у нас, в Казахстане, нет театра имени Азербайжана Мамбетова, кажется обидной несправедливостью.

Фото Василия Крась

Метки
Показать больше

Похожие статьи

Закрыть